«Приватизация государства»: как доходы от недр и госактивов Таджикистана распределяются в интересах правящей семьи
В Таджикистане сформировалась система подмены государственных интересов частными, известная в экспертной среде как «state capture» (забор или приватизация государства). Согласно исследованию ИА «ЦентрАзия», в стране выстроены устойчивые финансовые механизмы, позволяющие перенаправлять основные доходы от разработки ключевых месторождений и государственных активов в пользу близкого окружения президента Эмомали Рахмона.
Одной из базовых схем выступает получение инфраструктурных подрядов за счёт бюджета под коммерческие нужды. В 2026 году по распоряжению главы государства за бюджетные деньги проложили 32 километра дороги к производственной зоне компании «ТАЛКО Голд». Информация об исполнителях работ не раскрывается. Похожая закрытая модель применялась при передаче золотоносных рудников Верхний Кумарг и Восточный Дуоба китайской корпорации TBEA в качестве взаиморасчета за строительство ТЭЦ «Душанбе-2». В подобных проектах доходы аффилированных структур могут скрываться в услугах консультантов, перевозчиков, поставщиков топлива и охранных предприятий.
Второй механизм реализуется через структуры обслуживания без прямого оформления прав на рудники. Примером служит выдача лицензии на добычу золота на объекте Пакрут британской фирме «Kryso Resources», которая перевела вознаграждение за успех акциями на сумму 2,7 миллиона долларов компании «Анбат-Сервис», входившей в холдинг «Фароз» зятя президента Шамсулло Сохибова. В общей сложности «Фароз» аккумулировала не менее 12 лицензий на недропользование (включая месторождения Пахндара и Укобхона), а после ее закрытия в 2019 году права были переведены на новые компании с нераскрытыми бенефициарами. При этом в отчетах Инициативы прозрачности добывающих отраслей (EITI) данные о реальных владельцах профильных компаний подменяются недостоверной информацией.
Наиболее масштабный финансовый переток зафиксирован в связке Таджикской алюминиевой компании (ТАЛКО) и предприятия «ТАЛКО Голд», обеспечивающего порядка 10% мирового рынка сурьмы. В данном СП половина принадлежит китайской «Tibet Huayu Mining», а вторая половина — государственной ТАЛКО. Деньги выводятся через механизм внутренних займов, погашаемых дивидендами: только в 2023 году таким способом было перенаправлено 27,2 миллиона сомони. На непрозрачность операций ТАЛКО и ее связь с офшорами в интересах элит ранее указывали МВФ и Всемирный банк, а в СМИ ключевой фигурой данных схем называют шурина президента Хасана Асадуллозода. В 2024 году Эмомали Рахмон публично включил ТАЛКО и «ТАЛКО Голд» в число крупных налоговых должников, что дополнительно подтверждает особый статус этих предприятий.
Одной из базовых схем выступает получение инфраструктурных подрядов за счёт бюджета под коммерческие нужды. В 2026 году по распоряжению главы государства за бюджетные деньги проложили 32 километра дороги к производственной зоне компании «ТАЛКО Голд». Информация об исполнителях работ не раскрывается. Похожая закрытая модель применялась при передаче золотоносных рудников Верхний Кумарг и Восточный Дуоба китайской корпорации TBEA в качестве взаиморасчета за строительство ТЭЦ «Душанбе-2». В подобных проектах доходы аффилированных структур могут скрываться в услугах консультантов, перевозчиков, поставщиков топлива и охранных предприятий.
Второй механизм реализуется через структуры обслуживания без прямого оформления прав на рудники. Примером служит выдача лицензии на добычу золота на объекте Пакрут британской фирме «Kryso Resources», которая перевела вознаграждение за успех акциями на сумму 2,7 миллиона долларов компании «Анбат-Сервис», входившей в холдинг «Фароз» зятя президента Шамсулло Сохибова. В общей сложности «Фароз» аккумулировала не менее 12 лицензий на недропользование (включая месторождения Пахндара и Укобхона), а после ее закрытия в 2019 году права были переведены на новые компании с нераскрытыми бенефициарами. При этом в отчетах Инициативы прозрачности добывающих отраслей (EITI) данные о реальных владельцах профильных компаний подменяются недостоверной информацией.
Наиболее масштабный финансовый переток зафиксирован в связке Таджикской алюминиевой компании (ТАЛКО) и предприятия «ТАЛКО Голд», обеспечивающего порядка 10% мирового рынка сурьмы. В данном СП половина принадлежит китайской «Tibet Huayu Mining», а вторая половина — государственной ТАЛКО. Деньги выводятся через механизм внутренних займов, погашаемых дивидендами: только в 2023 году таким способом было перенаправлено 27,2 миллиона сомони. На непрозрачность операций ТАЛКО и ее связь с офшорами в интересах элит ранее указывали МВФ и Всемирный банк, а в СМИ ключевой фигурой данных схем называют шурина президента Хасана Асадуллозода. В 2024 году Эмомали Рахмон публично включил ТАЛКО и «ТАЛКО Голд» в число крупных налоговых должников, что дополнительно подтверждает особый статус этих предприятий.
