Масштабная амнистия в Таджикистане спровоцировала волну повторных преступлений
Решение президента Эмомали Рахмона о проведении масштабной амнистии, под которую попали свыше 18 тысяч человек, обернулось резким всплеском рецидивов. Из более чем 8 тысяч освобождённых граждан некоторые вернулись к криминалу буквально в первые дни: силовики зафиксировали серии краж с участием бывших заключённых в Душанбе и Худжанде спустя всего трое суток после их выхода из тюрем.
Представители судебной власти и профильные эксперты констатируют низкую эффективность действующих мер профилактики. В стране признают необходимость создания института пробации, однако подчёркивают, что без глубоких социально-экономических преобразований система адаптации работать не сможет. Ситуацию усугубляет и сокращение западного финансирования правозащитных НПО, которые раньше помогали бывшим арестантам социализироваться. Освобождающиеся люди оказываются в замкнутом круге: у многих нет документов, жилья и работы, а восстановить документы без денег невозможно, равно как и трудоустроиться из-за требований справки об отсутствии судимости.
В условиях высокого уровня безработицы бывшие заключённые становятся легкоуязвимой категорией для вербовщиков из экстремистских структур. Этот фактор накладывается на общую негативную динамику: за 2025 год преступность в Таджикистане выросла на 5%, при этом увеличилось число грабежей, разбоев, преступлений с участием подростков и эпизодов, связанных с незаконным оборотом наркотиков.
Дополнительным катализатором кризиса стало ужесточение миграционной политики в России, из-за которого десятки тысяч таджикистанцев были вынуждены вернуться на родину. По данным исследования «IOM», каждый третий вернувшийся мигрант остался без работы, а их средний ежемесячный доход упал с 943 долларов за рубежом до 309 долларов внутри страны. Впереди республику ждут новые сложности: подписанные президентом РФ Владимиром Путиным законы вводят полный запрет на легализацию иностранцев с судимостью и существенно расширяют перечень оснований для выдворения из страны, что окончательно закроет для этой категории граждан доступ на российский рынок труда.
Представители судебной власти и профильные эксперты констатируют низкую эффективность действующих мер профилактики. В стране признают необходимость создания института пробации, однако подчёркивают, что без глубоких социально-экономических преобразований система адаптации работать не сможет. Ситуацию усугубляет и сокращение западного финансирования правозащитных НПО, которые раньше помогали бывшим арестантам социализироваться. Освобождающиеся люди оказываются в замкнутом круге: у многих нет документов, жилья и работы, а восстановить документы без денег невозможно, равно как и трудоустроиться из-за требований справки об отсутствии судимости.
В условиях высокого уровня безработицы бывшие заключённые становятся легкоуязвимой категорией для вербовщиков из экстремистских структур. Этот фактор накладывается на общую негативную динамику: за 2025 год преступность в Таджикистане выросла на 5%, при этом увеличилось число грабежей, разбоев, преступлений с участием подростков и эпизодов, связанных с незаконным оборотом наркотиков.
Дополнительным катализатором кризиса стало ужесточение миграционной политики в России, из-за которого десятки тысяч таджикистанцев были вынуждены вернуться на родину. По данным исследования «IOM», каждый третий вернувшийся мигрант остался без работы, а их средний ежемесячный доход упал с 943 долларов за рубежом до 309 долларов внутри страны. Впереди республику ждут новые сложности: подписанные президентом РФ Владимиром Путиным законы вводят полный запрет на легализацию иностранцев с судимостью и существенно расширяют перечень оснований для выдворения из страны, что окончательно закроет для этой категории граждан доступ на российский рынок труда.
