Безопасность или тотальный контроль: Кыргызстан узаконивает распознавание лиц и централизованную прослушку

Парламент Кыргызстана в первом чтении одобрил резонансный законопроект, который коренным образом меняет правила игры в сфере телекоммуникаций и существенно расширяет полномочия Государственного комитета национальной безопасности (ГКНБ). Документ, вносящий изменения в законы об оперативно-разыскной и контрразведывательной деятельности, официально закрепляет за спецслужбой право собственности на системы негласного съема информации, внедряет искусственный интеллект для распознавания лиц и позволяет точечно отключать мобильные устройства граждан.

Как пояснил на заседании Жогорку Кенеша заместитель председателя ГКНБ Алишер Эрбаев, необходимость поправок продиктована вступлением в силу Цифрового кодекса КР. Из-за этого прежний закон «Об электрической связи» утратил силу, создав правовой вакуум — именно в нем содержались технические нормы для контрразведки. ГКНБ предложил перенести и расширить эти механизмы.

Согласно проекту, финансовое бремя не меняется: частные операторы связи обязаны за свой счет устанавливать дорогостоящее оборудование для слежки, однако полноправным и единственным владельцем всей этой цифровой инфраструктуры теперь юридически становится ГКНБ. Более того, операторов обяжут предоставлять спецслужбе беспрепятственный доступ к своим базам данных и полной информации о пользователях, а сама тактика проведения таких мероприятий признается гостайной.

Среди других ключевых новшеств — официальное введение «цифрового распознавания объектов» (систем ИИ, автоматически идентифицирующих людей по лицу, а машины — по номерам), монополизация государством базы IMEI-кодов, а также право ГКНБ точечно отключать конкретные гаджеты от сети в зонах вооруженных конфликтов или при чрезвычайном положении по письменному приказу сотрудника спецслужбы. Замглавы ГКНБ заверил депутатов, что массовых отключений интернета не будет, а затраты операторов не приведут к росту тарифов для населения.

Опыт других стран: глобальный тренд на закручивание гаек

Инициаторы законопроекта подчеркивают, что предлагаемые жесткие меры не уникальны. В обосновании документа указано, что адресное отключение устройств и системная фильтрация трафика в интересах национальной безопасности активно применяются в США (в рамках Патриотического акта), Израиле, Индии и странах Европейского союза.

Действительно, международная практика показывает, что после крупных терактов большинство развитых стран пошли по пути цифрового контроля. В США система АНБ (NSA) годами аккумулировала метаданные миллионов абонентов, а в Китае система распознавания лиц и вовсе стала основой общественной безопасности. Разница, как отмечают правозащитники, кроется лишь в уровне независимого судебного контроля за действиями спецслужб в этих государствах.

На грани фола: что думают эксперты

Расширение полномочий чекистов вызвало жесткую дискуссию в экспертном сообществе республики. Своим видением ситуации специалисты поделились в комментариях для информационного агентства Asia-Today.

Бывший глава ГКНБ Кенешбек Дуйшебаев в беседе с корреспондентом Asia-Today выразил глубокую обеспокоенность тем, как новые нормы могут быть использованы на практике. Он напомнил, что в период его руководства ведомством любые подобные оперативные мероприятия проводились строго с санкции суда, что исключало жалобы на незаконную прослушку.

По мнению экс-главы спецслужбы, в последнее время в стране и без новых законов наблюдаются опасные перегибы, ярким примером которых стали процессуальные нарушения в резонансном «Кемпир-Абадском деле». Дуйшебаев опасается, что легализация столь мощных инструментов без жесткого контроля приведет к злоупотреблениям со стороны силовиков.

«Фигуранты „Кемпир-Абадского дела“ на своей шкуре почувствовали беззаконие, когда монтировали фиктивные записи. Если мы считаем себя жителями правового государства, все должно быть по закону, а в рамках закона по Конституции это возможно только по решению суда. Дай им волю, они способны пойти на многое. То, что они ради укрепления власти или преследования политических оппонентов идут на такие меры, не делает им чести»

Иную, более прагматичную, но тревожную оценку высказал политолог Марс Сариев. В своем комментарии для Asia-Today он отметил, что техническая система СОРМ (Система технических средств для обеспечения функций оперативно-разыскных мероприятий) и раньше позволяла спецслужбам слушать граждан, используя алгоритмы фиксации по ключевым словам.

Сариев считает, что в условиях реальной угрозы дестабилизации Центральной Азии деструктивными силами и террористическими группами превентивный контроль со стороны государства необходим. Однако политолог констатирует, что платой за безопасность станет окончательный демонтаж демократических институтов в стране.

«С одной стороны, это хорошая мера — превентивно отслеживать теракты, так как терроризм реален и Центральная Азия находится под угрозой дестабилизации. С другой стороны, есть опасность, что это применят в политических целях в борьбе, ведь приближаются выборы. Конечно, это тотальный контроль, это не есть хорошо, мы все дальше уходим от демократии и демократических ценностей. Но в принципе я не возражаю против этой инициативы»

Безопасность в обмен на приватность

Одобрение данного законопроекта в первом чтении четко обозначает вектор, по которому движется кыргызское государство: в вечном споре между защитой личных прав граждан и национальной безопасностью безоговорочную победу одерживает последняя.

Главный вывод из новой законодательной инициативы очевиден — Кыргызстан окончательно встраивается в глобальный тренд создания «цифрового лагеря», где частная жизнь перестает быть неприкосновенной. И если технологическое обновление и борьба с террористическими ячейками действительно отвечают вызовам времени, то отсутствие прозрачного механизма сдержек и противовесов вызывает обоснованный страх. В условиях высокой турбулентности политической системы КР ключевой риск заключается в том, что суперсовременная система тотальной прослушки и распознавания лиц из щита против внешних угроз может легко превратиться в карательный инструмент внутренней политической борьбы.